Верховный суд России, рассмотрев жалобу Совета старейшин балкарского народа, отменил определение Верховного суда КБР о ликвидации ССБН.
     ВС РФ не возвратил дело на новое рассмотрение в Нальчик, а прекратил его, приняв самостоятельное решение.
     Напомним, что Совет старейшин был ликвидирован по заявлению прокуратуры КБР «за экстремистскую деятельность».
     Это был второй вердикт Верховного суда КБР о ликвидации общественной организации. Оба были отменены Верховным судом РФ.

     22 июля на процессе по делу о событиях 13 октября 2005 были допрошены двое потерпевших и шесть свидетелей.
     Житель Нальчика Ш. владел автобусом, который 13 октября 2005 должен был отправиться в Москву. Утром недалеко от стоянки он видел 6-7 молодых людей. Когда началась стрельба у управления ФСИН, эти молодые люди стали доставать что-то из пакетов, поджигать и бросать на проезжую часть на выезде из города. Ему показалось, что это бутылки с зажигательной смесью. Он услышал, что ранен Сергей Чухраенко, и, поскольку был на своей машине, отвез его в РКБ. Раненому было очень больно, он говорил: «Ты меня не довезешь».
     Водитель маршрута И. вез в тот день пассажиров из Чегема. На въезде в Нальчик дорога была перекрыта. Из-за стоящего впереди автомобиля вышел человек в милицейской форме (позже будет установлено, что это преподаватель школы милиции Тимур Шомахов), сел в «Газель» на пассажирское место рядом с водителем и попросил ехать побыстрее: «Двигаться было нельзя. Я пытался как-то развернуться. В это время появились трое молодых людей. Один стал передо мной и направил на меня пистолет, чтобы я не двигался. В салоне «Газели» кто-то лег на пол, кто-то на сиденье. Двое постучали в стекло с той стороны, где сидел сотрудник, – он вышел. Его положили на землю и сразу раздались два выстрела. Кажется, из автомата».
     Участники процесса вновь просмотрели последнюю видеосъемку сотрудника Центра «Т» Тамирлана Казиханова. Если на предыдущем заседании просматривали оригинал, предоставленный отцом погибшего, то в этот раз – копию, находящуюся в уголовном деле. Подсудимые вновь заявили, что в последние минуты съемки Тамирлан Казиханов сидит, прижавшись к колесу «Нивы», поэтому со стороны школы №5 в него не могли стрелять.
     Защита и обвиняемые потребовали вызвать бывшего сотрудника 2 ОВД Б., допрос которого не был завершен. У него подсудимые хотят выяснить обстоятельства гибели сотрудника Центра «Т»: «Мы не хотим, чтобы на нас вешали это убийство, как и гибель других гражданских лиц».
     Сергей Казиев попросил повторно посмотреть видеозапись, чтобы можно было, если есть техническая возможность, увеличить оконные проемы в здании 2 ОВД: «По пороховым газам мы можем определить, куда велся огонь, а затем назначить баллистическую экспертизу». Суд отклонил эту просьбу.
     26 июля суд приступил к рассмотрению эпизода нападения на здание управления Федеральной службы безопасности.
     Заседание началось с заявления Каншоуби Гажонова о болезни его подзащитного Мурадина Карданова. В медицинской справке врача СИЗО говорилось, что подсудимый может участвовать в процессе. Карданов заявил, что после укола температура снизилась, но боли в желудке и рвота продолжаются.
     Суд решил допросить единственного потерпевшего. «Будьте вы все прокляты!» – произнес подсудимый. Руководитель группы гособвинителей Ольга Чибинева предложила сделать Карданову замечание. В протокол заседания занесли этот факт и предупредили обвиняемого о возможном удалении из зала.
     Согласно материалам уголовного дела, нападение на УФСБ было поручено жителю Ингушетии Илесу Горчханову «как наиболее подготовленному к участию в боевых действиях». Он имел радиопозывной «Якуб» и поддельный паспорт на имя уроженца ЧИАССР Ильи Бокова. Вместе с ним в нападении участвовали нальчане Ахмед Амшоков, Заур и Руслан Афовы, Александр Башлоев, Рамазан Сасиков, Рамазан Гузиев, Алим Желихажев, Анзор Кучменов. Это была наиболее подготовленная группа, большая ее часть под руководством того же Горчханова в середине декабря 2004 участвовала в нападении на здание управления Госнаркоконтроля, убийстве четырех сотрудников и хищении большого количества оружия («Газета Юга» №51, 2004).
     Во время отражения атаки на УФСБ все они были убиты.
     В ходе боестолкновения погибли пять военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов: снайпер разведроты внутренних войск Андрей Тарасьян, призванный из Краснодарского края, командир взвода внутренних войск Арсен Гонгапшев, заместитель командира спецназа криминальной милиции МВД КБР Руслан Калмыков, дознаватель МЧС Заур Хажнагоев, помощник коменданта УФСБ Александр Красиков. Ранены были 17 сотрудников и военнослужащих. Погибли четверо гражданских лиц: 20-летний строитель Мурат Бачиев, бухгалтер стадиона «Спартак» Раиса Хуштова, 79-летний ветеран войны Геннадий Анохин и нальчанин А.Тохов. Еще 12 человек были ранены.
     По данным следствия, общий ущерб зданиям, автомашинам и другим объектам составил 27 млн 82 тыс. рублей.
     Подсудимых интересовала судьба бывшего и действующего сотрудников госбезопасности Руслана Нахушева и Мурата Гергокова. Обвиняемые считали, что они исчезли, потому что «могли сказать правду».
     Обвиняемые также просили суд затребовать в управлении ФСБ журналы посещения. По их словам, в ходе следствия их неоднократно доставляли в здание управления и оказывали физическое и психологическое давление. Вместе с тем в материалах дела нет никаких документов, свидетельствующих о факте пребывания обвиняемых в УФСБ.
     Суд посчитал, что подобные запросы могут быть сделаны адвокатами, и отказал в удовлетворении ходатайства.
     Во второй половине дня был объявлен перерыв в связи с болезнью Карданова. Его вновь осмотрел врач и заявил, что он может участвовать в заседании. Но подсудимый так и не появился в зале. «Он не может отойти от умывальника: у него рвота», – объяснили подсудимые.
     27 июля суд допросил потерпевших и представителя управления ФСБ по КБР.
     Сотрудник управления В. около 9 утра услышал по рации о нападении на другие правоохранительные структуры. Он получил автомат в дежурной части и вернулся на пост №1 у главного входа в здание. Раздалось два взрыва. Наружную дверь вынесло на улицу, внутреннюю – из коридора-прихожей в холл. Взрывом сотрудника отбросило в сторону. В холл пытались прорваться двое нападавших, они даже прошли вглубь на 3 метра, но им это не дали сделать. По словам потерпевшего, нападавшие забросили около 10 гранат. После они скрылись в магазине «Подарки». Одна из гранат была брошена в помещение КПП, где находился Александр Красиков. В. получил контузию и ранение глаза.
     По просьбе подсудимых на экран вывели имеющуюся в деле схему главного входа, КПП и холла. Было задано множество вопросов о месторасположении сотрудника и нападавших в фойе УФСБ. Спрашивали, где находился Мурат Гергоков, который позже был похищен при загадочных обстоятельствах.
     Учитель из Баксана Елена Калмыкова узнала о смерти мужа – замкомандира спецназа – около 14 часов. «Газель», в которой он ехал, находилась на Ногмова. Они остановились, чтобы подобрать раненого милиционера, в это время Руслан Калмыков получил смертельное ранение. У него остались трое детей, которым тогда было 4, 14 и 15 лет.
     Руслан Гонгашев потерял родного брата, который служил в Нальчике-20, ему было 25 лет. Его ранили рядом с УФСБ, к нему долго не могли прийти на помощь.
     Аслан Ногеров рассказал, что его брат – сотрудник наркоконтроля Рашид Ногеров – погиб на углу Ногмова и Пушкина, стремясь помочь заложнику, которого, как ему рассказали позже, захватил один из нападавших.