Газета Юга
>>> Рубрики
    Экономика
    Политика
    Общество
    Культура
    Образование
    Право
    Происшествия
    Спорт
    Разное


>>> Поиск по сайту


>>> Новости сайта
Подписаться Отказаться

Общество
Математическая забастовка

     11 марта общее собрание коллектива ФГБНУ «Институт прикладной математики и автоматизации» приняло решение о начале процедуры забастовки.
     В ходе реорганизации Российской академии наук осенью 2013 было создано Федеральное агентство научных организаций, в состав которого вошел институт, согласовывая с ним госзаказ и программы научных разработок. Проблемы начались 7 октября 2014, когда президиум Кабардино-Балкарского научного центра РАН принял постановление: «считать целесообразным интеграцию научных организаций ФАНО, расположенных на территории КБР, в единый региональный центр». Директор ИПМА Виктория Нахушева и ее коллега из института экологии Фатима Темботова голосовали против.
     Подробности в «Газете Юга»


«Слишком шикарная для вас бабушка»

     Ветераны «Кабардинки» выступили на вечере памяти легендарной солистки ансамбля Сони Шериевой, приуроченном к 85-летию со дня рождения народной артистки РСФСР и пятой годовщине ее ухода из жизни. «Я собрала тех, кто был приятен маме и кому радостно будет ее вспомнить», – объяснила Валентина Шериева.
     Константин Эфендиев, занимавший пост министра культуры республики с 1963 по 1987, сказал, что он не знает ни одной женщины, которая танцевала бы лучше Сони: «Когда она исполняла свою знаменитую кафу, то казалось, что идет по воде. При ней перед «Кабардинкой» не было закрытых дверей. Ансамбль ездил даже в те страны, с которыми у СССР не было отношений. Ансамблю рукоплескали президенты и премьер-министры, принц Иордании наградил коллектив двумя орденами».
     Мухамед Алакаев рассказал, что стал партнером Сони, как только пришел в ансамбль, и это были лучшие дни его творческой биографии: «А как она танцевала кафу! Сначала этот танец исполняла знаменитая Кураца Каширгова. Потом она сказала, что у нее болит нога, и ее заменили Соней. И тут выяснилось, что Шериева просто рождена для кафы!»
     Он рассказал про гастроли «Кабардинки» по Прибалтике, где какой-то генерал на каждый концерт, приезжая в разные города, приносил Соне роскошные букеты. «А на последнем концерте вручил букет: стал на колени и предложил ей перед всем залом свои руку и сердце. Вот она какая была, наша Соня!»
     Мурат Урусов специально приехал на вечер памяти Сони из Москвы, где теперь живет. «Не смог пропустить. Божественная женщина скульптурной красоты. Не зря она стала моделью для памятника Марии Темрюковне!»
     Одна из звезд «Кабардинки» Алла Шортанова призналась, что Соня Шериева когда-то изменила ее жизнь. «Я увидела, как она танцует, и буквально заболела танцами…»
     Когда танцевали артисты нынешнего состава «Кабардинки», ветераны аплодировали, но внимательно оценивали каждое движение. А потом вышли танцевать сами: «Мы – люди без возраста, мы его не признаем. И Соня была такая же. Не старушка, а королева в возрасте. Однажды в автобусе ей место уступили: «Бабушка, садитесь!» Соня смерила взглядом молодого человека: «Слишком шикарная для вас бабушка…»
Иван Козлов


Как я смог справиться

     50-летний Руслан на собственном примере пытается помочь наркоманам избавиться от зависимости:
     Я из семьи педагогов. Отлично учился в школе, был кандидатом в мастера спорта по тяжелой атлетике. Но заболел, и со спортом пришлось распрощаться, а я свое будущее видел в нем. Тяжело переживал то время: растерянность, злоба из-за неспра-ведливости такой. И тогда же появился приятель, который предложил попробовать. Сперва анаша, таблетки… Моментально втянулся. Дома не замечали. Только те, у кого есть опыт общения с наркоманами, смогут понять, что гиперактивность и веселое настроение, возможно, не просто так...
     Укололся первый раз в арми-и. Дома узнали, когда меня упекли в психиатрическую больницу. Тогда наркоманов лечили там, хотят они или не хотят. Стыдно ли было перед родными? Как-то я не помню… Вы не понимаете: система ценностей полностью исчезает, ее заменяет жажда... Мама и старшая сестра сумели найти в себе силы не отказываться от меня. Мы много говорили, я вроде откликался, обещал, но ненадолго меня хватало. Я пытался побороть это сам. Бывало, что и полгода не прикасался. Но в один момент вдруг понимаешь, что просто должен уколоться прямо сейчас…
     Бросил институт, работу… И сел в 28 лет первый раз. Дали шесть лет за разбойное нападение. Кололся и там – можно достать дозу даже в тюрьме. Вышел с мыслью: все, начинаю новую жизнь. В этом состоянии человек раздваивается как бы. С одной стороны, искреннее желание завязать, с другой – в голове «хочу, хочу». Побеждает «хочу» обычно.
     Родные мои пытались помочь. Тогда и услышали о реабилитационном центре. Я не противился особо, хотя не понимал: как я, чеченец, считающий себя мусульманином, приду в христианскую церковь? Друг и сестра повезли меня в станицу Зольскую.
     Я представлял церковь, священнослужителей в рясах, и очень удивился, когда увидел обыч-ный дом, без решеток на окнах, без охраны, двери не запираются. Разве что библии разложены повсюду. Смущало перед приездом то, что нельзя курить. Но в первый же день после ужина до меня дошло: я с утра тут и до сих пор не хочу курить. И все ждал ломку. А ее не было. Второй, третий, четвертый день, а я здоров. Потом уж узнал, что молились за меня все…
     Изучение библии тяжело давалось, конечно. Многое не понимал, но продолжал читать… Два года я прожил в центре. Помогал в служении. Потом понял, что готов вернуться. Как сестра моя удивлялась! Она, потратившая 25 лет на борьбу с моей бедой, не могла понять, как это я смог справиться.
     Прошло шесть лет. Я теперь женат. Работаю – охраняю по ночам автомобильную стоянку. Но главное – посвятил себя помощи другим. Езжу по тюрьмам, больницам. Рассказываю о себе таким же, каким я был когда-то, показываю путь спасения. Кто-то откликается. Кто-то – нет. Может, процентов 10 всего, но и это результат.


«Победа, победа — сидим без обеда»

     Лишь единицам известно, что в годы Великой Отечественной войны поэт, писатель, баснописец, драматург Ибрагим Маммеев (1915–2004) входил в личную охрану генерала армии Ватутина и маршала Советского Союза Жукова.
     В 2000 в журнале «Минги-Тау» вышли воспоминания Маммеева «Колесо времени» («Заманны чархы»). Там он хоть и кратко, но все же рассказал о своих встречах с Н.Ф. Ватутиным, Н.С. Хрущевым и Г.К. Жуковым. За год до смерти автора увидел свет сборник его пьес «На чужбине» («Киши жеринде»). В драме-повести «Открывайте окна» он возвращается к событиям войны. Главный герой Хусей (в его лице мы узнаем некоторые биографические подробности из жизни самого автора) с другом-шофером говорят между собой. Хусей скромен, сдержан, а шофера распирают эмоции. Он спрашивает: «Мы сейчас пришли с Карлсхорст, где был подписан акт о завершении войны… Если напишу домой, что я там был, мне поверят?..» На что Хусей отвечает: «Только не пиши, что это ты подписывал акт. А вот если добавишь, что весь вечер и ночь простоял без еды, голодный, точно поверят!»
     Действительно, поверить в это непросто. Но это факт. Молодой актер, сын балкарского крестьянина из селения Кенделен Ибрагим Маммеев стоял на страже дверей при подписании акта о капитуляции Германии.
     Ибрагима в Красную армию забрали в 1940. К тому времени он успел сыграть на сцене только одну роль. В 1943 Маммеев со своим другом Федуловым получил приказ: доставить пакет в штаб Воронежского фронта и остаться там. Ибрагим Шакманович вспоминал: «Таким образом я начал служить в охране командующего Воронежским фронтом генерала армии
     Н.Ф. Ватутина. Наш долг – безопасность его жизни. Есть еще одна охрангруппа члена Военного Совета Н.С. Хрущева. Туда входят одни офицеры. Мы, ватутинцы, всегда следуем за ним. Когда работает – стоим возле дверей».
     Как пишет Маммеев, в день ранения Ватутин, тогда уже командующий 1-м Украинским фронтом, ехал на «Опель-адмирале». По пути в штаб им встретились бандеровцы. Генерал был ранен в ногу. Его доставили в больницу недалеко от Ровно. Затем повезли в Киев, пригласили опытных врачей из Москвы. К сожалению, его не смогли спасти...
     После смерти Ватутина был приказ об усилении охраны Жукова. Маммеев попадает туда.
     Как вспоминает Маммеев, 8 мая 1945 рано утром они прибыли в пригород Берлина Карлс-хорст. Остановились возле бывшего военно-инженерного училища. Охрана, осмотрев помещение, встала у дверей. Жуков прибыл туда к полудню. К вечеру на черной машине приехали немецкие генералы.
     Ибрагим Шакманович с присущим ему юмором пишет, как они, голодные, до глубокой ночи стояли на посту, а в городе уже отмечали Победу. Один из бойцов тихо пел: «Победа, победа – сидим без обеда». Почетный караул уже покинул вахту, а члены охрангруппы продолжали нести службу…
     
Асият Саракуева




Перепечатка материалов "Газеты Юга" допускается исключительно с разрешения ООО "Газета Юга"
Copyright 2001-2015 © "Газета Юга"
E-mail: red@gazetayuga.ru
www.gazetayuga.ru