Газета Юга
Газета Юга №37(1018)
12 сентября 2013 г. pdf   www
>>> Рубрики
    Экономика
    Политика
    Общество
    Культура
    Образование
    Право
    Происшествия
    Спорт
    Разное


>>> Поиск по сайту


>>> Новости сайта
Подписаться Отказаться

Экономика
Яблоки из биологического сада

     В феврале на выставке инновационных проектов
     молодых ученых Северного Кавказа агроэколог Амиран Занилов пообещал, что первая партия экологически чистых продуктов осенью появится на прилавках («Газета Юга» №7). Действительно, яблоки сорта «Голден Резист» с пометкой «Выращено без применения агрохимикатов» можно купить в маркетах Нальчика.
     Полная версия в бумажном варианте


Политика
Ирина Марьяш сменила Руслана Хасанова

     3 сентября глава КБР освободил Руслана Хасанова от должности председателя правительства.
     Исполняющим обязанности премьера назначена первый вице-премьер Ирина Марьяш.
     Официальная информация на сайте главы республики появилась 9 сентября.
     Когда был подписан указ, Хасанов находился в командировке, а Марьяш – в отпуске. В ее отсутствие обязанности главы кабинета возложены на другого вице-премьера – Казима Уянаева.
     Об уходе Хасанова, занявшего этот пост в ноябре 2012 («Газета Юга» №45, 2012), всерьез заговорили, когда в июне Арсен Каноков внес в парламент республики проект закона о поправках в Конституцию Кабардино-Балкарии, согласно которым при отставке главы правительства остальные члены кабинета остаются на местах («Газета Юга» №26). Этот закон вступил в силу 10 июля.
     Кадровые перемены пресс-служба главы республики и правительства не комментирует.


Общество
«Лошади слабые, голодные…»

     Дочь упросила меня записаться в конно-спортивную школу олимпийского резерва. Как она радовалась на первом занятии! Но недолго. Школа на грани выживания: душа нет, только кран на улице с холодной водой, туалет – выгребная яма. Не хватает снаряжения, поэтому дети стоят в очереди, чтобы прокатиться. Но это все мелочи по сравнению с тем, каково приходится лошадкам. На них больно смотреть – ребра аж выступают. Занятие длится 10 минут, так как на большее лошади просто не хватит. Она начинает задыхаться. Если нет финансирования и не будет, то лучше распустить эту школу совсем, чем наблюдать за мучениями бедных животных.
     Ася Шаутаева, Нальчик
     Мы не сразу поняли, насколько все плохо в школе олимпийского резерва по конному спорту и современному пятиборью. Пять-шесть красивых лошадок гарцевали по кругу, катая маленьких наездников. Возле тренера столпились еще с десяток ожидающих своей очереди. Тренер Лина Кажаева рассказала, что работает столько лошадей из-за того, что нет снаряжения:
     – А ведь всего их 19. Хотя бы с десяток могли бы выпустить… Деток-то много. В учебной группе 40 человек на 4 лошади. Вот и приходится им выстаивать в очереди. Как тут работать? Лошади слабые, голодные, не выдерживают нагрузку…
     Стоило нам войти в конюшню, как все лошади в стойлах тут же подошли к решеткам. Они прижимались к ним головами, фыркали, послушно давали себя гладить через прутья. Умиление быстро сменилось сожалением, что приехали с пустыми руками, когда тренер прокомментировала: «Они думают, вы их угостите чем-нибудь».
     Черный пони по кличке Мерзавчик (на снимке) заметался по стойлу. Ему, в отличие от высоких соседей по конюшне, не было видно, кто пришел и что происходит. Тогда Мерзавчик вскочил на задние копыта, опершись передними на бетонное основание стойла.
     Завуч школы Татьяна Арамисова сообщила, что ежедневно лошади должны получать по 6 кг овса и 8 кг сена:
     – А мы им даем всего по 2 кг овса. Правда, с этой недели сможем давать уже по три. В июле вообще овса не было – продержали их на сене и траве… В министерстве спорта знают о наших проблемах – мы не молчим, естественно, но финансирования нет. Ищем спонсоров постоянно. Купила недавно
     20 рулонов сена, хватит на месяц. Они слабые, не можем давать полную нагрузку. А им приходится работать в две смены ежедневно, так как дети уже пошли в школу – и некоторые занимаются с утра, некоторые после обеда. Если приболеют, тоже самим приходится покупать лекарства. Собираем деньги всем миром – и дети, и тренера. При этом бедственном положении еще умудряемся привозить призовые места с региональных соревнований, в которых принимаем участие только благодаря спонсорской помощи. Министерство спорта интересуют только российские первенства – на региональные соревнования они денег не выделяют.
Марианна Калмыкова


Бак и его бригада

     «Кабардино-Балкарская Республика является трудоизбыточным субъектом Российской Федерации, а также малопривлекательной для высококвалифицированных иностранных работников.
     За восемь месяцев текущего года привлечено за нарушение миграционного законодательства более 300 граждан Вьетнама. Все они выдворены за пределы Российской Федерации.
     Ни одному гражданину Вьетнама по сей день не дано разрешение на работу в республике.
     К концу текущего года в с.п. Придорожное Прохладненского района в здании бывшего детского сада планируется организация Центра временного размещения нелегальных мигрантов. До сих пор данная категория лиц размещается в специализированных приемниках МВД», – сообщили в пресс-службе УФМС России по КБР.
      «Я сам занимался строительством и часто сталкивался на стройках с вьетнамцами. Работают быстрее местных, потому что их много. Бригады у них могут доходить до 60 человек. И в полях их много, – рассказал председатель Кабардино-Балкарского профсоюза работников ремонтно-строительной сферы деятельности Мурат Джаммаев («Газета Юга» №33). – Я примерно предполагаю, как они оказались на территории нашей республики. Первая волна началась четыре года назад, когда закрыли Черкизовский рынок. Работавшие там вьетнамцы разбежались по всем регионам России. Я так думаю, в нашей республике их минимум 500 человек. Это немного. Ведь границу России нелегально пересекают тысячи вьетнамцев.
     Много сейчас по селам работают – они там востребованы. А их «бригадиры» – тоже вьетнамцы – живут в основном в Нальчике. Есть с ними и местные ребята, но они чаще занимаются перевозками и договорами.
     Труд вьетнамцев примерно в три раза дешевле, чем местных. Не потому, что они работают хуже, просто по-другому они не найдут себе клиентов. Да и прокормиться вьетнамцу обходится дешевле. Они не едят хлеб, баранину, говядину… Практически 85% их рациона состоит из риса. Килограмм риса стоит где-то 25–30 рублей. Ну, может, еще немного курицы и рыбы.
     Вьетнамец приедет сюда, будет делать штукатурку за 100 рублей (в 2 раза дешевле, чем местные) – и все равно это ему намного выгоднее, чем работать у себя дома. Там и дома в основном из бамбука. Работы ему там нет.
     В местных газетах много объявлений от бригад, которые задешево вскопают, построят и прочее. Вот их всех нужно проверять: почему в налоговой зарегистрировано, например,
     10 контор, а объявления дают 300? Неужели за столько лет это никого не заинтересовало?
     Для нашего профсоюза это открытая тема, и мы будем пытаться сделать так, чтобы все эти нелегальные бригады если и не будут устранены, то хотя бы узаконились. Так как мы живем в правовом государстве, они должны платить налоги».
      «Я лично часто вижу, как в автобусах «Нальчик – Москва» тайком, чтобы не палиться перед сотрудниками полиции, перевозят вьетнамцев. Нелегалов прячут на нижней полке, закрывая их занавеской или большими сумками. Еще знаю, что их часто кидают. Особенно когда работодатели умудряются месяцев 3–5 не платить деньги. Потом должник перевозит их в новое место ночевки и звонит в УФМС: мол, там нелегалы. И решает свои проблемы», – поделился нальчанин Тимур.
     «У нас в Сармаково в прудах ни одной лягушки не осталось, – сетует Ахмед. – Поговаривают – вьетнамцы съели, которых здесь в последнее время очень много. Всю домашнюю птицу люди держат на привязи, как собак. Боятся, что и их вьетнамцы утащат».
     Бак прилетел в Нальчик 2,5 года назад. За это время он, бригадир небольшой группы строителей, неплохо изучил русский язык: «Во Вьетнаме я учился в университете на инженера, но высшее образование у нас платное. Год обучения – примерно 160 тыс. рублей. Не смог оплатить – отчислили. У нас с работой очень плохо. Поехал в Дубай. Местные отвезли на строящуюся ферму, проработал там почти год. В итоге обманули – не заплатили, и я вернулся домой. Потом уже полетел в КБР через Москву к старшему брату. Он много где в России работал, а в то время здесь был. Билет примерно 50 тыс. рублей стоит. Я приехал, а он уехал обратно домой. Теперь я кормлю семью. У меня семь братьев и сестер, живем бедно. Родители старые и больные. Получается, кормлю девять человек. Общаемся через «Фейсбук» по мобильному интернету. Деньги отсылаем через хозяев, у которых работаем.
     Зимой просто отсиживаемся. Снимаем комнату или квартиру, а в месяц на одного человека около 15 тыс. рублей нужно – это только на еду и оплату телефона. Трудно, конечно. Что буду делать, куда поедем после того, как закончим этот объект, не знаю. Здесь очень много наших соотечественников – и все в таких же условиях».
      «Работают хорошо. Не пьют, не курят, отдыхают один раз – во время обеда. И то – минут 15–20. Не то что местные работяги, у которых каждые полчаса перекур. Иногда даже по ночам работают, если срочно нужно закончить и ехать на другой объект, – говорит Замир, в доме у которого сейчас штукатурят Бак со своей бригадой. – Встают в 6 утра, обязательно делают все утренние водные процедуры. Составляют график на день: трудятся все вместе, а после – один готовит, второй стирает, остальные отдыхают. Заканчивают в 6–7 вечера. И пока не искупаются (исключительно холодной водой) и не постирают грязную одежду, за стол не сядут. Едят практически все… Ну, на что денег хватает. Даже хлеб начали есть. А так, конечно, в основном рис. Бак привез с собой из Вьетнама мультиварку – в ней всегда полно риса. Иногда соседям за курицу подправляют штукатурку.
     Местные бригады берут за 1 кв. метр штукатурки 180–200 рублей, а вьетнамцы – 120.
     Эти никогда не кинут. Могу говорить только за бригаду Бака, так как с другими не встречался. Никогда чужого не возьмут. Перед тем, как что-то взять, обязательно спрашивают разрешения. Маму мою, да и вообще всех женщин в возрасте называют мамами.
     Осенью прошлого года они сделали мне штукатурку и уехали. Зимой какой-то парень привез ко мне Бака – всего побитого. Оказалось, он с товарищами нарвался на наряд полиции. Их избили, отобрали все деньги и выбросили на улицу. Этот парень их нашел, отвез к себе домой, а Бак уже попросил его привезти ко мне. Вот, сейчас опять у меня работают.
     Бак очень умный. Кроме вьетнамского, говорит по-английски. Самостоятельно научился читать по-русски. Иногда я ему помогаю с непонятными словами. Они все очень хорошо знают математику. Могут за несколько секунд рассчитать квадратуру помещения. Жаль, что не имеют возможности пригодиться там, где родились…»
Юлия Кармокова


Решается судьба гидромета

     Предприятие ОАО «Гидрометаллург», расположенное в черте города Нальчика, как известно, является опасным производственным объектом.
     За последние два года в контролирующие органы неоднократно поступали жалобы жителей Нальчика, убежденных в том, что выбросы этого завода в атмосферу влекут ухудшение их самочувствия.
     По этой причине исполняющим обязанности прокурора города Тлостановым З.Х. была назначена прокурорская проверка деятельности ОАО «Гидрометаллург».
     В результате установлено, что выбросы завода действительно загрязняют атмосферный воздух, так как значительно превышают установленные государством предельно допустимые нормы.
     По результатам проверки прокуратурой города в суд направлено исковое заявление о приостановлении производственной деятельности ОАО «Гидрометаллург».
Зарема Бегидова, помощник прокурора города, юрист 1 класса



     Пробы брались без ведома и участия руководства завода. О прокурорской проверке мы с удивлением узнали из третьих рук. Сейчас дело передано в суд, и нам предстоит ознакомиться с материалами. Все нарушения с нашей стороны, если они имели место, разумеется, будут устранены.
     На завод действительно поступало немало жалоб от горожан в прошлом году по поводу выбросов сероводорода. Это случалось даже в те дни, когда ветер дул в противоположную от города сторону или завод вообще стоял.
     Что касается жалоб жителей близлежащих домов, напомню: они построили свои дома в пределах санитарно-защитной зоны завода. Это пространство радиусом 1000 м обеспечивает уменьшение воздействия химического загрязнения на атмосферный воздух до значений, установленных гигиеническими нормативами. Застройка здесь незаконна.
     Звучат обвинения, что завод заменил в технологическом процессе соляную кислоту на серную. Проект изначально предполагал работу именно на серной кислоте, и много лет завод на ней работал – поэтому в технологии нарушений у нас нет.
     Завод не приостановлен и продолжает работу в обычном режиме.
Олег Шило, генеральный директор ОАО «Гидрометаллург»


«Я дома»

     Андрей Гузев («Газета Юга» №36) не чувствует себя гостем в своем новом доме. Об этом можно судить по его позе: парень присел на выступ мебельной стенки, хотя в комнате есть свободные стулья.
     На столе фотографии, на которых он еще совсем юный вместе со своими «сестрами», старшей из которых сейчас 20 лет.
     «Мы ведь столько лет с ним! Познакомилась с Андрюшей, когда мне приятельница сказала, что в детском доме есть замечательный мальчик, который пробует рисовать. Несмотря на свои болячки, он был таким жизнерадостным. На удивление просто. Вот так мы и подружились. Он часто бывал у нас в гостях. Теперь уж будет полноценным членом семьи. Наконец-то», – улыбается опекун Андрея Нина Гаджиева.
     «Вот моя комната, – показывает Андрей. – Видите, все есть. И стол, и шкаф, и кровать удобная. Ноутбук, кстати, я сам купил. Гитара не моя, а Севиль (средняя дочь Гаджиевых – ред.), но я решил научиться на ней играть. Даже нашел человека, который мне в этом поможет. А пианино, которое вы привозили мне в детский дом («Газета Юга» №2, 2005), я так и не освоил... Нет, не забрал его сюда. Тут же есть свое. Подумал, что лучше для тех детей, что там остались, радость будет. Как вспомню, как там жилось… Не сказать, что прям совсем плохо, но… Режим, все вместе. Проверка тумбочек – вдруг еда залежалась какая… В общем, свободы же нет такой, как дома… А тут хорошо: проснулся, со всеми поздоровался, позавтракал – и пошел своими делами заниматься. С друзьями могу встретиться. Они почти все на машинах, ездим куда-нибудь… Не задерживаюсь допоздна? Нет, конечно, я шататься не люблю. Ну, в смысле, могу и пошататься, но недолго. К тому же у меня с Ниной уговор: гулять буду, когда один буду жить. Предпочитаю фильм какой-нибудь приобрести и посмотреть дома. Из последних что понравилось? С удовольствием посмотрел «1+1». Какой фильм хороший! Об отношении здорового человека к нездоровому. Главный герой, который в инвалидном кресле, говорит: «Мне хорошо с ним – он не относится ко мне как к инвалиду…» Вот и я не хочу, чтобы ко мне относились только как к инвалиду, жалели меня… Очень люблю фильм «Зеленая миля». Когда смотрел, прям плакал. «Форрест Гамп», «Меня зовут Кхан» про аутиста… Это фильмы про людей, которые отличаются от остальных. Мне они очень близки. После просмотра долго думаю о них…
     Я не знаю, чем буду заниматься. Пока, во всяком случае. Нужно ведь сперва, чтобы сменили мне диагноз: легкая умственная неполноценность. Плюс ДЦП. Все вместе и привело меня к результату: недееспособный. Но я хочу доказать, что очень даже способный.
     Знаете, после того, как вы написали о том, что я переезжаю сюда, ко мне на улице подошла девушка. Незнакомая. Подошла и говорит: «Ой, я так рада, что у тебя все получилось. Прочитала о тебе в газете и сразу узнала. Запиши мой номер, давай созваниваться». Так приятно было. Конечно, она мне понравилась…А, вы об этом? Нет, нет. У меня есть девушка. Только можно я не буду говорить ее имя? Не хочу. Она даже приезжала ко мне в интернат в Нальчике. Правда, всего раз. Потом я запретил ей приезжать, да и она сама не хотела. Ей там сказали: «Ну и что ты в нем нашла? Найди себе здорового». Представляете? Она же сама здоровая…
     Надеюсь, что у меня получится создать семью. Когда-нибудь. Мне очень хочется. Прям представляю, как мы все живем… А пока я тут, я дома. Среди людей, которых люблю и которые любят меня».
Марианна Калмыкова


"Он на свободе!"

     Это объявление появилось на газетном киоске в центре города, когда Андрей Гузев вернулся в Прохладный.
     Как рассказала корреспондент местной газеты «Ваш городок» Надежда Канеева, общественный совет собрал более 600 подписей в защиту Андрея:
     «Отправили письма главе республики и председателю правительства. Ответов не последовало. Не получился и диалог с министерством труда и социального развития. Федеральные Первый и канал «Россия» нам отказали. «Мир» готов был снять фильм об Андрее, но в министерстве сказали Гаджиевой: если они дадут интервью, Андрея не выпустят… У меня получился скандал с Ниной: я передала то ли в прокуратуру, то ли в администрацию главы оригиналы ответов ей минтруда, помеченных одним числом. В первом сказано, что она может быть опекуном, а во втором – что не может. Министерство требовало от нее вернуть оригиналы, иначе не выпустят Андрея.
     Мы хотим, чтобы Андрея признали дееспособным и он получил от государства квартиру как сирота. Сейчас он ходит по городу, наслаждается свободой. Но общественность понимает, какие подводные камни в этой истории. А если не сложатся отношения с опекуном?..»
     Нина Гаджиева заявила «Газете Юга», что никакого общественного совета не знает.


Аслан превращается в Льва

     С начала года 150 нальчан сменили имена.
     «Стабильно 20–30 человек ежемесячно, – рассказывает заведующая нальчикским загсом Валентина Шериева. – Так и говорят: не можем устроиться на работу в Москве и других крупных городах России. Мальчик окончил серьезный вуз, умница, участвовал во множестве конференций, но никуда не берут. Хотя, пока учился, многие работодатели говорили ему, что хотят видеть у себя. Приехал, сменил имя – и тут же получил место. Родители абитуриентов озвучивают ту же проблему – не может поступить. Видно, что им не хочется этого делать, но другого выхода у них не осталось.
     Подбираем созвучные имена. Или, если получится, используем перевод. К примеру, Асланы становятся Львами, Мухамеды – Михаилами. Фамилии чаще просто меняются, не прибегая к переводу. Либо берется фамилия ближайших родственников, которая не указывает прямо на принадлежность к нашим народам: Черкесовы, Чеченовы…»
     «Племянник отлично сдал ЕГЭ, набрал необходимые баллы для поступления в престижный московский вуз, прошел там собеседование. Мы были уверены, что мальчик будет зачислен. В списках поступивших его не оказалось. Его отцу в частной беседе признались, что имя абитуриента смутило приемную комиссию, и посоветовали сменить его официально. Столкнувшись с этим, мы узнали, что, оказывается, этой проблеме уже не один год. Наши земляки повально меняют имена, чтобы без проблем жить и работать в Москве. Обидно очень. И здесь нет работы, и для того, чтобы уехать в поисках лучшей жизни, нужно отказаться от себя…» – сетует Мадина.
     «А вы с именем Фатима или Хасан попробуйте устроиться в Москве. Если это не рынки, конечно. Дошло до того, что в отделах кадров прямым текстом говорят: «Вы нам не подходите, потому что вы – кавказец». У людей и прописка есть московская, а не берут все равно из-за имени. Единственный выход – сменить его. И не только имя, но и фамилию, и отчество», – говорит Заур.
     Но меняют имена не только те, кто планирует уехать отсюда. «Половина из этих 150, наоборот, сменила имя на мусульманское, – сообщила Валентина Шериева. – Казбек, к примеру, стал Умаром, так как имя, данное ему при рождении, нерелигиозное.
     Это не простой момент. Многие уверены, что, меняя имя, меняешь свою судьбу. Те, кто вынужден на это пойти, чтобы просто иметь возможность работать в Москве, переживают, с трудом решаются на этот шаг. Другие, наоборот, не колеблются ни секунды».
Марианна Калмыкова


Культура
На память о Кабардино-Балкарии осталась «Пустота»

     Ольге Бойковой 27 лет. Полтора года из них она прожила в Тырныаузе: Сейчас, когда возвращаюсь в Тырныауз, думаю: когда это со мной было? Большинство людей могут четко назвать важные вехи своей жизни, они много лет живут в одном доме, работают на одном заводе. А тут столько разных жизней, столько точек на карте, что вместо биографии – тяжеленный талмуд, где искать воспоминания непросто...
     Родилась в городе Великие Луки Псковской области, училась в художественной школе. Рисовала – сколько себя помню. Затем было Тверское художественное училище им. Венецианова: по образованию я – дизайнер. Но сразу поняла, что это – не мое. Какое-то время жила в Москве. Как вышла замуж, решила с мужем уехать в горы, подальше от цивилизации. Купили квартиру в Тырныаузе. Думали, насовсем.
     Там я познакомилась с редактором «Эльбрусских новостей» Зухрой Газаевой – начитанной, мудрой, веселой. И Даниялом Хаджиевым. Такого собрания прекраснейших работ я еще не видела ни у одного коллекционера! Он помогал устраивать мою выставку в Тырныаузе. Зухра и Даниял стали моими лучшими и единственными друзьями здесь, и, кроме них, я практически ни с кем не общалась. Горожане на нас смотрели, как на двух сумасшедших беженцев из России. Считали дни и чуть ли не бились об заклад, что мы вот-вот уедем. Прошел месяц, два, год – мы все не уезжали.
     Пока Женя, дочь, была маленькая, я не работала. Впрочем, в Тырныаузе даже при желании мне было бы найти работу непросто. Муж был программистом – его не стало несколько лет назад. Он работал сразу и в школе, и в училище, и на стадионе.
     Как-то раз, еще до Тырныауза, я путешествовала с будущим мужем по Кавказу. После поездки много рисовала, и у меня нашелся пластилин где-то в сумочке – у художников в сумке всегда есть кисти, краски, карандаши. Я сидела в поезде и лепила. Лепила, лепила – и получилось лицо горянки... По наитию в 2006 завершила горянку, которая сейчас обосновалась у Данияла. Она сделана из материала paperclea. Это пластичная масса с добавлением целлюлозы.
     Расписана акварелью. Для горянки я сделала металлический каркас, обтянула тканью и туго зашила. Потом придумала одежду, головной убор. Утверждают, что такой же есть у одной из народностей Дагестана, но я не помню, чтобы во время того путешествия видела что-то подобное. Это скорее собирательный образ.
     Сейчас на нее смотрю и понимаю, какая она простенькая, в чем-то неправильная. Создавая следующие работы, начала набираться опыта, собирать информацию, ездила по фестивалям. Куклы уже были немного другого уровня. Состоялась персональная выставка в моем родном городе Великие Луки, «Горянка» на ней тоже была.
     Поначалу у меня не было никаких ориентиров в плане кукольных мастеров. Были люди, которые много лет занимались кукольным мастерством, они помогали мне советами – какие нужны материалы, какие ткани. Как сделать так, чтобы кукла была в масштабе. Но мы всегда работали в разных стилях. В моих работах присутствуют реализм и сюрреализм одновременно. Меня вдохновляют самые разные проявления жизни, люди, литература, мультипликация. Например, Хаяо Миядзаки. Мне кажется, его мультики цепляют своей естественностью. Реальность и волшебство в его работах так густо перемешаны. Будничные хлопоты, детальность героев, живописные картины, японская мифология, духи, волшебные существа – все так точно описано, что ты веришь в это!
     Еще есть работа «Пустота». История у нее такая. Мы с мужем познакомились с одной женщиной из Герхожана. Она собралась писать книгу о кийизах, мы помогали верстать ее, печатать. Она мне дала немного шерсти барашков, из которых, совместив техники валяния и фильдцевания, я сделала одежду для «Пустоты». Он – старик. Стоит на длинном постаменте – это его жизнь, и он на самом ее краю. Постамент уходит в туман, и на всех языках на нем написано «Пустота». Фактура шерсти передает ощущение, что он сам уходит в небытие. Внутри него дыра, которая в общем-то и символизирует внутреннюю пустоту. Тут все на поверхности. Старик как будто снимает маску, под которой – такое же лицо. И уже непонятно, где лицо, а где маска. Это наводит ужас. В последний момент жизни он, возможно, приходит к богу, пытается найти себя, но так как всю свою жизнь он потратил на следование чужим идеалам, растратил неизвестно на что – в нем поселилось одиночество. Каждый видит в «Пустоте» свое. Когда я отправляла его по почте в Москву, попросила подругу недельку подержать у себя. Она тоже кукольница, автор реалистичных, жизнерадостных работ. И вот спустя неделю она рассказала мне: «Пустота» всю неделю стояла у меня на столе, я смотрела на нее. Смотрела, рыдала, не могла понять, что со мной происходит...»
     Из Тырныауза мы уехали, с супругом разошлись. Две слишком яркие личности... После Кабардино-Балкарии было много переездов – жила в Таиланде, Москве, Хакасии. Искала себя, путешествовала, работала. Наконец опять приехала в Москву. Как всегда, заново начиная жизнь с нуля, с белого листа.  Объявила всем друзьям: «Приехала надолго. Выкладывайте, что у вас есть интересненького? Я открыта всему новому!» Предложили стать реквизитором в Большом театре. Мне это показалось интересным. Позже стала осветителем. Параллельно шью свои, авторские вещи, одежду и аксессуары. В идеале я хотела бы слышать от заказчика: «Знаю ваше творчество, оно мне близко и интересно, я вам полностью доверяю. Сделайте так, как считаете нужным». Мои руки плюс его мечты создадут что-то новое, интересное, близкое. Так, чтобы человеку было радостно в этом уютном мешочке.


Право
«Потребуем не только извинений, но и компенсации»

     Следственный департамент МВД РФ избрал в качестве меры пресечения для находившихся под домашним арестом экс-руководителя администрации главы КБР Владимира Жамборова, а также бывших министра по управлению госимуществом республики Хабдульсалама Лигидова и начальника УФПС Руслана Жамборова подписку о невыезде. Находящийся в Москве Владимир Жамборов, которому требуется еще одна операция по стентированию («Газета Юга» №38, 2012), после нее прибудет в Нальчик.
     «С 8 мая наши подзащитные содержались под стражей и под домашним арестом незаконно. Поэтому позже мы обязательно потребуем не только извинений от правоохранительных органов, но и компенсации через Европейский суд по правам человека. А полицейским теперь, очевидно, придется возвращать дело на стадию следствия для переквалификации незаконного обвинения», – заявил адвокат Руслан Коблев.
Виктор Сергеев


«Имеет место попытка переложить вину на убитых»

     5 сентября на процессе по событиям 13 октября руководитель группы государственных обвинителей Ольга Чибинева в ходе прений анализировала доказательства по эпизоду «Нальчикский погранотряд» и перешла к объекту «Полк патрульно-постовой службы».
     По ее мнению, виновность Залима Дугулубгова, Хабаса Емкужева, Аслана Замаева, Хусея Хуболова, Ахмеда Хупсергенова, Арсена Бозиева, Хасанби Хупсиргенова полностью подтверждается письменными доказательствами, показаниями потерпевших, свидетелей. Доводы подсудимых о применении недозволенных методов следствия прокурор назвала несостоятельными: по всем жалобам вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел.
     Из обвиняемых в нападении на ППСМ в зале суда только Каншоуби Бориев (Эдуард Миронов удален до последнего слова («Газета Юга» №9), Валерий Болов скончался в больнице от цирроза («Газета Юга» №8, 2008)).
     Чибинева подчеркнула: Бориев фактически признал себя виновным, его показания в суде, где он рассказал, что 12 октября 2005 ему стало известно о планировавшейся на следующий день атаке, что стрелял по полку из гранатомета, был вооружен автоматом, идентичны данным на следствии.
     Прокурор привела слова Эдуарда Миронова по поводу событий 13 октября: «знал бы заранее, все равно бы приехал», «пришлось бы стрелять – стрелял бы», «знал бы, что дальше будет, на улице Фестивальной не вышел бы» (Миронов сдался 13 ноября 2005 в ходе спецоперации на ул. Фестивальной в Нальчике), «мог уйти несколько раз». Отметив, что Миронов отказался давать показания в суде, Чибинева сослалась на его показания на следствии, где он признавал себя виновным в посягательстве на жизнь сотрудников правоохранительных органов, завладении транспортным средством (лошадью), незаконном хранении и ношении оружия.
     9 сентября Ольга Чибинева продолжила говорить о доказательствах по объекту ППСМ, сделав вывод о доказанности виновности Бориева и Миронова. Доводы о недозволенных методах следствия прокурор сочла несостоятельными: «Фактов применения физического и морального давления не установлено». Перейдя к нападению на пост ДПС «Хасанья», Ольга Чибинева отметила, что показания подсудимого Расула Хуламханова в суде опровергают его показания на следствии, когда он говорил об участии в событиях 13 октября 2005 Расула Ногерова и Расула Кудаева.
     Говоря о заключениях экспертов, не выявивших на теле Хуламханова следов продукта выстрела, прокурор подчеркнула: Хуламханов был задержан позже и пояснял, что мылся и стирал одежду. На его куртке были найдены смазочные масла.
     Оценивая показания Зубеира Созаева, обвинитель напомнила: в суде он также рассказывал о «масках» в лесу, о том, что им зачитали листовку о военном положении и обязанности повиновения под страхом расстрела, что отказались «пойти пострелять» в сотрудников милиции, в ходе опознания по фотографиям перепутал Ногерова с Ахмадьей Малкаровым (уничтожен в апреле 2012), а Кудаева 13 октября 2005 вообще не видел. При этом в ранних показаниях говорил, что Кудаева назначили амиром.
     Анализируя показания Артура Кучменова, прокурор привела его рассказ в суде, где он заявил: на предварительном следствии его заставили оговорить Кудаева и Ногерова: «Кучменов сказал, что не может запоминать большие тексты, но ведь протокол допроса – длинный».
     Ольга Чибинева призвала критически отнестись к показаниям свидетелей, видевших целый день 13 октября 2005 Расула Кудаева и Расула Ногерова, и расценить их как попытку помочь подсудимым избежать наказания.
     Прокурор сделала вывод о доказанности виновности Хуламханова, Созаева, Азамата и Алима Ахкубековых, Артура Кучменова, Кудаева, Ногерова в нападении на пост ДПС «Хасанья» в составе преступного сообщества. Доводы защиты о незаконных методах следствия прокурор назвала несостоятельными – фактов давления не установили, по всем заявлениям были вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел.
     10 сентября Ольга Чибинева, указывая на факт создания на территории республики организованного преступного сообщества, связанного с Шамилем Басаевым, привела показания свидетелей, рассказывавших, что на встречах с амирами Нальчика накануне событий 13 октября 2005 Астемиров и Мукожев говорили о «присоединении к Чечне», где есть «военный амир Басаев», о создании шариатского государства, «начинать борьбу против неверных», «открывать Кавказский фронт».
     Прокурор остановилась на материалах, имеющих отношение к событиям в аэропорту Нальчика 7 октября 2005, когда был задержан работник службы безопасности, передавший членам подполья схемы аэропорта. Она подчеркнула: нападение предполагалось и на другие объекты города, а атака была запланированной и хорошо подготовленной. Ольга Чибинева указала: обвиняемые собрались 12 октября 2005 в различных местах, уходили после нападения с оружием, никто из них добровольно его не выдал. По мнению прокурора, со стороны подсудимых имеет место попытка переложить вину на убитых участников атаки, цель которой – избежать ответственности. Она заявила, что участники нападения на Нальчик пытались похитить 423 единицы огнестрельного оружия и 78 тыс. патронов, причинили смерть 35 сотрудникам правоохранительных органов и 15 гражданским лицам, повредили и уничтожили имущества на 54 млн руб.
     Утверждение о притеснениях мусульман в республике накануне 13 октября 2005 Ольга Чибинева назвала несостоятельным: не представлен ни один документ, обосновывающий этот довод.
     По ее мнению, в соответствии с Шанхайской конвенцией о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом эти деяния не могут быть оправданы ни при каких обстоятельствах. Она попросила признать всех подсудимых виновными по п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 205 «Террористический акт, совершенный группой лиц по предварительному сговору, повлекший по неосторожности смерть человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступление иных тяжких последствий». Помимо этого, им вменяются участие в преступном сообществе, участие в банде, активное участие в вооруженном мятеже, посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих, убийство двух и более лиц, совершенное общеопасным способом, группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений, хищение оружия и боеприпасов, неправомерное завладение транспортным средством, незаконный оборот оружия. Кроме того, части подсудимых инкриминируется покушение на убийство, Альбияну Малышеву – захват заложников, Эдуарду Миронову – разбой.
     При назначении наказания прокурор попросила учитывать характеристики подсудимых, наличие детей, предыдущие судимости. Смягчающие обстоятельства у Залима Улимбашева, полностью признавшего себя виновным, имеющего заболевание, препятствующее содержанию под стражей. Каншоуби Бориев тоже полностью признал вину, раскаялся. Анзор Ашев, Мурат Мидов, Ислам Тухужев, Атмир Барагунов, Артур Бегидов, Аслан Замаев, Азамат Канчукоев, Асланбек Унажоков, Азамат Ахкубеков, Зубеир Созаев оформили явки с повинной.
     12 сентября Ольга Чибинева озвучит требуемые гособвинением сроки заключения.
Тимур Бахов


Происшествия
Операция завершилась на территории больницы

     5 сентября в 7.30 на территории между селениями Кахун, Нижний и Старый Черек Урванского района был введен режим КТО, который сняли на следующий день.
     По сообщениям информационного центра НАК, при отработке информации о возможном нахождении в лесополосе у селения Кахун базы одной из бандгрупп силовики обнаружили троих вооруженных лиц, которые открыли огонь из автоматов и бросали гранаты. В ходе боестолкновения двоих ликвидировали: опознаны главарь урванской бандгруппы 28-летний Руслан Макоев и
     27-летний Альберт Альборов. Третьему удалось уйти.
     На следующий день 25-летний Руслан Хапов, который, по информации НАК, являлся заместителем Руслана Макоева, был нейтрализован на территории Урванской районной больницы.
     Все трое находились в федеральном розыске. Оперативный штаб сообщает, что члены бандгруппы причастны к убийству ректора Кабардино-Балкарского аграрного университета Бориса Жерукова («Газета Юга» №52, 2012) и к покушению на главу Урванского района Антемиркана Канокова («Газета Юга №6, 2012). Тогда погиб 27-летний
     участковый Асланбек Куашев, выполнявший функцию охранника главы.
Мила Рашевская


Сотню утихомирили из оружия

     7 сентября около 23 часов на площади Согласия у Дома правительства инспектор ДПС применил табельное оружие, чтобы утихомирить более сотни молодых людей, препятствующих задержанию пьяного водителя.
     22-летний житель Чегема Астемир Мафедзев за рулем Mercedes GLS привлек внимание ДПС рискованной ездой. Он отказался предоставить документы, хватал сотрудников за форму, сбил головной убор с одного из них. На его защиту встала группа молодых людей. Патрульные вызвали подкрепление. Наиболее активные участники конфликта были доставлены в УМВД России по Нальчику.
     С начала года у этого водителя зарегистрировано 14 правонарушений. В августе 2011 он лишался прав за езду в пьяном виде.
Мила Рашевская


На глазах у матери

     6 сентября во второй половине дня в Нальчике с балкона 6 этажа 12-этажки на проспекте Шогенцукова выпал 37-летний мужчина, который скончался на месте.
     Как сообщили в пресс-службе МВД по КБР, погибший находился в состоянии алкогольного опьянения. Мужчина был в квартире один. Мать, с которой он проживал, в это время сидела во дворе с соседками, и, по словам участкового, все произошло у нее на глазах.
     Произошедшее квалифицировано как несчастный случай.
Лера Грановская


Спорт
«Чувствуется еще рука Ташуева»

     Победив в 12 туре ФНЛ на своем поле белгородский «Салют» благодаря пенальти, заработанному Арсеном Гошоковым, в 13 туре «Спартак-Нальчик» проиграл в Ярославле местному «Шиннику» 2:1.
     Матч с белгородцами оставил двоякое впечатление. Вроде бы красно-белые показали хорошее командное движение, имели уйму голевых моментов, была видна нацеленность на ворота противника. С другой стороны – забить удалось только с одиннадцатиметровой отметки, что всегда оставляет место для споров. Кроме того, не будь это третья выездная игра для «Салюта», неизвестно еще, каким был бы результат. Кстати, тренер гостей Сергей Подпалый на послематчевой пресс-конференции попенял на «обидное поражение», а Тимур Шипшев, назвав матч «тяжелейшей игрой», сделал реверанс в адрес своего бывшего шефа, «спустившего» «Спартак» в ФНЛ, а затем тренировавшего белгородцев: «Салют» – команда с лучшим контролем мяча, чувствуется еще рука Сергея Альбертовича Ташуева».
     В Ярославле «Спартак-Нальчик» вполне прогнозируемо оступился. На 37 минуте Малоян вывел хозяев вперед, перед перерывом Чеботару сравнял счет, на 62 минуте Дудченко оформил победу «Шинника». Шипшев констатировал: «Шинник» выглядел явно свежее нас. Превзошел нас в движении, мы не успевали перекрывать их атаки. Считаю результат закономерным. На победу не наиграли точно».
     16 сентября спартаковцы примут «Ротор», игра начнется в 18.00.
Артем Кабанов




Перепечатка материалов "Газеты Юга" допускается исключительно с разрешения ООО "Газета Юга"
Copyright 2001-2013 © "Газета Юга"
E-mail: red@gazetayuga.ru
www.gazetayuga.ru