Газета Юга
Газета Юга №11(992)
14 марта 2013 г. pdf   www
>>> Рубрики
    Экономика
    Политика
    Общество
    Культура
    Образование
    Право
    Происшествия
    Спорт
    Разное


>>> Поиск по сайту


>>> Новости сайта
Подписаться Отказаться

Общество
Калмыцкий гость позвал балкарцев в Страсбург

     8 марта у мемориала жертвам депортации балкарского народа прошли траурные мероприятия, посвященные 69-й годовщине выселения балкарцев, а затем состоялся митинг, организованный Советом старейшин балкарского народа.
     Руководство республики у мемориала представлял спикер парламента Ануар Чеченов. По сложившейся в последние годы традиции, официальная часть мероприятий состоит из поминальной молитвы и возложения корзин с цветами к могиле Кязима Мечиева. В этот день не успел представитель Духовного управления мусульман завершить поминальный обряд, как в дело вмешалась активистка ССБН Тамара Гериева, попытавшаяся предъявить руководителю балкарской общественной организации «Алан» Суфияну Беппаеву обвинение в том, что он выступает за отмену траурных мероприятий, проводимых 8 марта. Она раздавала собравшимся распечатку с одного из интернет-сайтов, датированную 9 марта 2007, где приводились слова Беппаева о том, что «нынешний год станет последним», когда 8 марта в КБР отмечали бы как траурный день…
     Подробности в "Газете Юга"


Культура
Иван Грозный олицетворяет Сталина, а Мария Темрюковна – идеал адыгской женщины

     Накануне премьеры «Орла и Орлицы» в Кабардинском госдрамтеатре режиссер Руслан Фиров рассказал о новой постановке.
     – Руслан Борисович, почему вы решили возобновить свой спектакль 20-летней давности?
     – Во-первых, он хорошо расходится на эту труппу. Во-вторых, всегда материал для театра подбирается с учетом времени. Сегодня перед нашим государством стоят именно те проблемы, которые стояли тогда перед молодым российским государством: становление, укрепление мощи, объединение отдельно существующих земель. По отношению к Кавказу сейчас много негативных проявлений. Хотелось бы людям напомнить о том, что государство наши предки начали строить вместе. На наш взгляд, этот спектакль актуален. Кроме того, это единственный классический драматургический материал, который описывает восьмилетнюю жизнь Марии Темрюковны в стольном граде Москве. Это единственный классический материал, где она так красиво выписана.
     – Алексей Толстой писал, что начатая в октябре-ноябре 1941 драматическая повесть «Иван Грозный», первой частью которой стала пьеса «Орел и Орлица», была его ответом на унижение, которому немцы подвергли его родину...
     – Для многих Иван Грозный ассоциировался с личностью Сталина. Даже отмечая это, надо сказать, что само произведение высокохудожественное. Там есть и вымысел, и фантазия автора, но это все работает на ту идею, о которой я говорил. Во время Великой Отечественной войны страна была на грани – фашисты стремительно наступали. И это произведение было создано, чтобы укрепить дух через личность Ивана Грозного, переходя с помощью ассоциации на личность Сталина. Я бы не хотел, чтобы сегодня Сталин рассматривался как тиран и палач. У Толстого он олицетворял вождя и лидера нации.
     – Чем отличается нынешняя постановка от первой?
     – Всем. Совершенно другие костюмы, декорации, исполнители, музыка. Никаких повторений прошлого нет.
     – Кроме Басира Шибзухова в главной роли («Газета Юга» №42, 2012)... Почему вы снова остановили свой выбор на нем, несмотря на возрастное несоответствие?
     – Учитывая, что это емкое произведение, отнимает много времени, мне было проще приступить к постановке с человеком, которым наработан этот материал.
     – Кто-то еще из актеров первого состава задействован в новой постановке?
     – Куна Жекамухова опять в роли княгини Старицкой.
     – Какой вы видите Марию Темрюковну?
     – Как символ женщины образованной, красивой, культурной – какой и должна быть адыгская женщина.
     – Такой же она была и в первом спектакле в исполнении Жанны Хамуковой?
     – Какие-то коррективы при-
     внесло время, но лучше спросить об этом у зрителя.
     – Из чего вы исходили, выбирая Жанну Тхашугоеву на главную женскую роль?
     – Из ее артистических способностей и внешних данных.
     – Кто перевел пьесу «Орел и Орлица» на кабардинский язык?
     – Хасан Кодзоков специально для театра сделал перевод 20 лет назад.
     – Эскизы костюмов и декораций вы планировали заказывать в Москве...
     – Декорации изготовлены в наших театральных мастерских. Художник-постановщик – Хасанби Пшихачев. Эскизы костюмов изготовил художник по костюмам из МХАТа Андрей Климов («Газета Юга» №28, 2012). Шили их в мастерской Мадины Хацуковой и в мастерской театра. Они высококачественные и очень красивые.
     – В какую сумму обошелся проект, первоначально оцененный в 500–600 тысяч?
     – Есть указ главы республики – ежегодно выделяется три гранта на три наиболее значимые театральные постановки. Одного из них удостоена эта. Здесь использованы очень дорогие материалы и ткани – настоящая парча и так далее. Декорации, костюмы, реквизиты, свечки... Еще не все посчитали, что-то докупаем. Но, наверное, на все ушло около миллиона рублей. Нам оказывали и спонсорскую помощь. Я считаю все вместе.
Джульетта Мидова


Право
Защита просит допросить свидетеля из Лондона

     7 марта на процессе по делу о событиях 13 октября 2005 были допрошены восемь свидетелей и начал давать показания подсудимый Зубеир Созаев.
     Три соседки Расула Ногерова сообщили, что видели в тот день подсудимого несколько раз – либо дома, либо рядом на улице. Свидетель Г. рассказала, что утром Ногеров на своей «Волге» отвозил ее к 9 часам на работу в цех, расположенный на ул. Пятигорской (рядом с местом, где сейчас располагается здание, в котором проходит процесс). По дороге они подвозили родственницу Ногерова. Через некоторое время после этого в городе началась стрельба. С., беспокоясь за Ногерова, позвонила на его домашний телефон и выяснила, что он уже добрался. Это было около 9.30. Свидетель Ж. – сосед Ногерова – также подтвердил, что видел его в тот день. Первый раз около 11.00, затем еще несколько раз, последний – примерно в 19.00.
     Ж. сообщил суду, что 23 октября 2005, когда в доме Ногеровых проводился обыск, его с братом пригласили в качестве понятых. Во дворе находились люди в масках. Их завели на кухню, на столе лежало что-то, завернутое в тряпку: «Мы не видели, что его нашли в домовладении Ногеровых, поэтому отказались быть понятыми».
     Сестра Ногерова рассказала, что группа сотрудников забежала к ним в домовладение: «Они разошлись по всем углам. Я кричала: «Почему без понятых?» Вдруг снизу, где у нас хозяйственные постройки, кто-то крикнул: «Я нашел пистолет!» Сверток положили на стол в кухне, привели соседей – братьев Ж. и предложили им расписаться в том, что в их присутствии обнаружено оружие. Они сказали, что не видели, как его нашли, и отказались. Сотрудники уехали и возвратились через час с двумя парнями, которые подписали протокол».
     Свидетель заявила, что во время обыска Ногеров ей тихо сказал: «Если я не возьму пистолет на себя, они задержат отца». В тот же день его забрали. Отвечая на вопросы обвинителей, сестра подтвердила, что на тот момент была супругой жителя Хасаньи Мухтара Толбаева (убит в ходе спецоперации после 13 октября 2005).
     По ходатайству Залима Дугулубгова суд допросил его супругу. По ее словам, 13 октября он вернулся домой между 11 и 12 часами. Отвечая на вопросы мужа, она рассказала, что 2 апреля 2005 ее и нескольких девочек доставили из университета во 2 ОВД. В одной из аудиторий КБГУ Дугулубгов читал с девушками Коран. Об этом кто-то сообщил, их забрали в милицию: «Сначала нас допрашивали всех вместе, потом по одному. При этом были нехорошие слова о религии, потом о том, что с нами можно было поразвлечься. Мы ходили в прокуратуру, написали жалобу, но из этого ничего не вышло».
     Зубеир Созаев рассказал, что утром 13 октября после намаза в мечети собрался на работу с Азаматом и Алимом Ахкубековыми, но Зейтун Султанов попросил его быть на собрании. Они планировали после этого успеть на работу.
     В овраге у камнерезного цеха он увидел Валерия Этезова, Расула Ногерова, Ахмадью Малкарова, Шамиля и Артура Кучменовых, еще 5-6 человек в масках, некоторые были с оружием: «Я растерялся, не знал, как себя вести».
     Им сказали, что надо подождать Султанова. Стало светать, и Созаев увидел, что рядом с сумкой, которую он заметил ранее, на целлофане лежат четыре карабина СКС и 5-6 автоматов Калашникова. Приехавший Султанов достал из сумки маски и предложил взять тем, у кого нет. Потом позвал Этезова и сказал раздать оружие: «Мне, Алиму и Азамату Ахкубековым дали ружье (СКС). Мы не отказывались: не знали, зачем это и чего от них можно ждать. Султанов позвал человека в маске, который начал говорить о притеснениях мусульман. Я был испуган и не очень слушал все это. Потом они достали какую-то листовку и начали читать. В ней говорилось о законах военного времени, что за неподчинение может быть расстрелян каждый из нас. Я понял: эта угроза серьезная. Зачем нам раздали оружие, никто не говорил. Уйти мы не могли: боялись за свою жизнь.
     Султанов куда-то отправил Этезова и Малкарова. Через 1–1,5 часа они вернулись с мешком. Позже я узнал, что там были боеприпасы. Потом вся группа по приказу человека в маске перебралась ближе к селу. Оттуда Шамиль Кучменов ушел домой, а Султанов, Этезов, двое в масках и водитель уехали на «шестерке». Вскоре они услышали стрельбу в Хасанье.
     По словам Созаева, их в районе фермы осталось шестеро – он, Ахкубековы, Кучменов и двое в масках: «Мы хотели уйти, но боялись тех в масках. Но в разговоре с Азаматом Ахкубековым решили, что никуда не пойдем и стрелять не будем».
     Вскоре возвратились уехавшие, Этезов был ранен в руку. Они рассказали, что обстреляли пост ДПС, а Этезов застрелил сотрудника ГАИ: «Султанов позвал нас и сказал, чтобы мы пошли на пост и постреляли. Мы наотрез отказались».
     Через некоторое время стало темнеть, пришло время разговляться. Созаев и Азамат Ахкубеков спустились к ручью, чтобы попить, а оттуда ушли домой. Они скрывались в доме шурина Ахкубекова, где в это время никто не жил, и собирались сдаваться. По словам подсудимого, по телевидению «крутили ролики» – у кого руки не запачканы кровью, сдавайтесь, разберемся, отпустим: «Это говорили Каноков, Шепель (заместитель генерального прокурора) и Шогенов (министр внутренних дел). Мы долгое время искали способ сдаться». В конце концов они договорились с родственником Ахкубековых, начальником отдела МВД по КБР – полковником У. Он привез их в здание МВД, потом пообщался с министром, дал со слов последнего гарантию, что их не будут бить. Они написали заявление на имя министра. Затем их отвезли в 6 отдел, где сразу стали избивать в соседних кабинетах. В ходе этих избиений, по словам подсудимого, он и спутал на представленных ему фото Малкарова и Ногерова, назвав последнего среди тех, кто был в лесу 13 октября. Вскоре к нему завели избитого Азамата Ахкубекова, изо рта которого шла кровь: «Он попросил, чтобы я говорил то, что они просят, иначе они его убьют». По словам Созаева, он согласился: «Мне показали фото Кудаева, которого я не видел, но…»
     По словам Созаева, в ходе следствия у него не было возможности изменить показания.
     Отвечая на вопросы защиты, подсудимый сказал, что «теоретически» он мог после 13 октября уйти в лес и «бегать с автоматом, но у него не было такого желания».
     Государственные обвинители спрашивали, почему он сразу или в течение дня не ушел домой. Подсудимый сослался на то, что сначала не понимал, что происходит, а потом опасался за свою жизнь.
     11 марта в суде оглашались материалы предварительного следствия в отношении Зубеира Созаева.
     Основное их противоречие с тем, что подсудимый говорил в ходе показаний на процессе, состояло в том, что на следствии он упоминал Расула Кудаева и Расула Ногерова. Первый значился руководителем группы с позывным «Амиго». Второй появлялся лишь в отдельных протоколах.
     Подсудимый вновь заявил: Кудаева и Ногерова 13 октября он не видел. Под давлением оперативников и следователей он приписал Кудаеву действия одного из участников группы, чье лицо было укрыто маской. Адвокат Рита Геляева обратила внимание: на видео, зафиксировавшем проверку показаний на месте с участием Созаева, он вначале произносит: «Я сомневаюсь насчет Расула», но следователь останавливает: «Об этом пока не надо».
     Подсудимый Заур Тохов ходатайствовал о проведении судебно-медицинской экспертизы, которая бы ответила на вопрос: может ли он получать необходимое лечение в условиях пенитенциарной системы или ему нужна медицинская помощь на воле. Он подробно рассказал о состоянии своего здоровья, ссылаясь на медицинские документы и хирургическую операцию, проведенную в РКБ в апреле 2012. «Если я стану инвалидом, кто будет кормить мою семью?» – спросил Тохов и заявил о начале с 12 марта голодовки, которая будет продолжаться до разрешения вопроса.
     Суд не стал рассматривать ходатайство Тохова, отметив, что аналогичная просьба его адвоката была ранее отклонена.
     Защитники Расула Кудаева Батыр Ахильгов и Магомед Гагиев ходатайствовали о допросе в режиме видеоконференции трех свидетелей: правозащитника Александры Зерновой и журналистов Надежды Кеворковой и Орхана Джемаля. Зернова находится в Лондоне и не может приехать в Россию из-за конфликта с властями, а Джемаль не способен самостоятельно передвигаться «после ранения в Ливане». Защита заявила, что все трое общались по домашнему телефону с Кудаевым в тот период, когда он, согласно выводам следствия, «бегал по лесам». Ранее суд удовлетворил ходатайство защиты об истребовании распечатки телефонных разговоров с домашнего телефона Кудаева 13 октября 2005.
     Галина Гориславская ответила, что здание Верховного суда на ул. Пятигорской, где проходит процесс, не оснащено оборудованием для видеоконференцсвязи, а в здании на Пачева нет условий для пребывания такого числа подсудимых.
     Суд отклонил ходатайство адвокатов, отметив, что это не мешает защите самостоятельно обеспечить явку свидетелей.
     Адвокат Фарида Туганова огласила заявление Эдуарда Миронова, удаленного из зала за нарушение порядка судебного заседания. Он изъявил готовность дать показания. Адвокат Олег Келеметов ходатайствовал о допросе подсудимого после рассмотрения эпизода нападения на пост ДПС «Хасанья».
     Суд отклонил это ходатайство.
     12 марта пять свидетелей – жители Хасаньи – подтвердили суду алиби Расула Ногерова. Двое из них в течение дня видели подсудимого дома или рядом на улице. Еще двое утром 13 октября видели его в городе (Ногеров отвозил женщину на работу). Жительница Хасаньи встретила его в нижней части села у пятиэтажек: маршрутки не ходили, и женщина шла пешком, пытаясь добраться на работу. Возвращаясь из города, Ногеров остановил ее, сказал, что в Нальчике стреляют, посоветовал не ходить на работу, посадил в машину и отвез домой.
     Начал давать показания Алим Ахкубеков. Житель Белой Речки за несколько месяцев до 13 октября переехал в Хасанью, где снимал квартиру. 29 сентября 2005 у него родился ребенок. Его рассказ во многом совпадал с показаниями других подсудимых. Утром после намаза у мечети он сел в машину, думая, что его и других хотят подвезти домой. Но машина поехала в сторону Герпегежа. Там в лесу у дороги он увидел оружие на земле и людей, часть из которых была в масках.
     Ему дали «ружье» (карабин СКС) и патроны. По его словам, он не знал, как обращаться с карабином, не заряжал и не стрелял. Все это для него было неожиданным, ему не были известны цели и задачи собравшихся в лесу. В середине дня 5-6 человек сели в машину и уехали, а Алим Ахкубеков и еще пятеро оставались в лесу. Уехавшие возвратились и рассказали, что обстреляли пост ДПС «Хасанья». Когда стало темнеть, он предложил Расулу Ногерову пойти домой. Они сказали об этом Зейтуну Султанову, оставили «ружья» и ушли.
     В показаниях Ахкубекова на предварительном следствии руководителем группы назывался Расул Кудаев. На четырех допросах Ахкубекова в ходе следствия ничего не говорилось о Расуле Ногерове. Позже он появился как один из участников группы, остававшейся в лесу.
     В суде Алим Ахкубеков заявил, что ни того, ни другого 13 октября не видел. А свои показания на следствии объяснил физическим давлением.
     Защита обратила внимание на один из протоколов допроса подсудимого: он называет всех участников группы, в том числе и Кудаева, и говорит, что может их описать. Ахкубеков далее подробно рассказывает об одежде и внешности тех, кого он видел в лесу в тот день, но не дает описания Кудаева (Ногерова в этом перечне Ахкубекова вообще нет). Подсудимый объяснил это тем, что не видел Кудаева.
     Суд и обвинителей интересовало, почему Алим Ахкубеков не покинул место сбора в лесу. Он ответил, что сначала не знал, зачем все это, а потом боялся.
     – А когда группа уехала на пост ДПС, почему не ушли?
     – Не знаю.
Олег Гусейнов


Происшествия
В НВФ не только юноши?

     12 марта Национальный антитеррористический комитет сообщил о «нейтрализации в ходе комплексной спецоперации» 36-летнего Анзора Тлеужева, 37-летнего Хасана Макоева, 36-летнего Анзора Дзагаштова и 33-летнего Абузеда Мамрешева. Первые трое – жители Баксана, четвертый – с. Белоглинское Терского района.
     В ночь на 12 марта в одном из районов Баксана был введен режим контртеррористической операции, который был снят к вечеру того же дня.
     Как рассказали «Газете Юга» в Баксанском межрайонном следственном отделе СКР по КБР, 12 марта около 6 утра в лесополосе на границе Прохладненского и Баксанского районов на землях с. Баксаненок произошло боестолкновение, в результате которого были убиты трое участников бандподполья. Как установлено, на этом месте состоялась встреча членов НВФ, которые приехали на двух автомашинах: Hyundai Ассеnt и ВАЗ-2107. Один из пассажиров иномарки пересел в «жигули». В это время боевиков блокировали силовики и предложили сдаться. Те ответили огнем. В ходе перестрелки в салоне «семерки» произошел мощнейший взрыв. От машины остались только днище, часть багажника и передней части. Тела двух пассажиров подверглись значительному термическому воздействию и не подлежат визуальному опознанию. Иномарка после взрыва тоже загорелась, ее пассажира выбросило из салона, он получил травмы, несовместимые с жизнью.
     По одной версии, члены НВФ сами привели в действие самодельное взрывное устройство, по другой – оно сработало после попадания в него пули в ходе перестрелки.
     В тот же день на автодороге между селами Нижний Курп и Тамбовское силовики пытались остановить «десятку». Ее водитель – по данным НАК, житель с. Белоглинское Абузед Мамрешев – открыл огонь и был ликвидирован.
     В ходе обысков в Баксане и в автомашинах боевиков обнаружены три автомата, СВУ мощностью 5 кг в тротиловом эквиваленте, гранатомет, пистолет и тротиловые шашки.
     В сообщении Национального антитеррористического комитета Анзора Тлеужева называют «организатором поставок средств поражения», а Хасана Макоева – «финансистом» бандгруппы. НАК считает, что все четверо убитых входили в межрегиональную группу, занимавшуюся поставками оружия бандподполью.
     Вместе с тем ни один из четверых не находился в розыске.
Олег Гусейнов
Мила Рашевская


Спорт
«Гладиаторы» отковали лишь очко

     Спустя без малого четыре месяца турнир Футбольной национальной лиги продолжился.
     Весенняя его часть стартовала поединком между нальчикскими «гладиаторами» и кузбасскими «кузнецами». Проза российской футбольной жизни, правда, внесла в антураж противостояния свои коррективы: из-за неготовности Новокузнецка при минус 10 принять гостей с юга данную встречу, по решению боссов «Кузни», перенесли за 400 километров – на искусственный газон крытого футбольного манежа «Заря» в Новосибирске, единственного подобного в округе. Оповещенные об этом заранее нальчане арендовали «Зарю» еще с 7 марта, прилетев в столицу Сибири прямо с турецкого сбора. Тем не менее это небольшое преимущество результата фаворитам не принесло, хотя «красно-белые» и провели в атаке все девяносто с лишним минут.
     В отсутствие Миодрага Джудовича, который, по-видимому, до сих пор так и не восстановился после микронадрыва мышцы на одной из тренировок, с капитанской повязкой вышел Аслан Засеев. В стартовом составе отметились новички – защитник Никита Тимошин, колумбийский хавбек Карлос Руа, полузащитники Дмитрий Галин и Алексей Аверьянов, нападающий Алексей Медведев. Получили шанс не попадавшие раньше в основу Чеботару и Буйтраго.
     Именно колумбиец Дани казался самым активным в первом тайме. Однако в середине второго он был заменен на Игоря Коронова. На поле появились также Давид Сирадзе, Руслан Болов и еще один новобранец Дмитрий Зинович. Из-за дисквалификации игру пропускал возобновивший контракт со «Спартаком» Роман Концедалов, у которого в межсезонье имелись серьезные финансовые разногласия с клубом. А вот у Арсена Гошокова дисквалификация четырехматчевая – еще в ноябре в гостевой встрече с «Уралом» Арсен был удален за удар соперника головой.
     Только за первый тайм «гладиаторы» нанесли 13 ударов по воротам «Металлурга». Правда, только 3 из них пришлись в створ. Хозяева и не скрывали, что ничья, мягко говоря, устроила бы их. Поэтому в концовке встречи они отчаянно тянули время. Несмотря на то, что арбитр добавил пять минут, нальчане не сумели увезти из Сибири три очка.
     После матча настроение у игроков обеих команд было замечательным – они обнимались, обменивались рукопожатиями, как будто только что «сгоняли» двусторонку.
     18 марта в 18.00 Нальчик примет одного из лидеров – хабаровскую «СКА-Энергию».
Виктор Сергеев




Перепечатка материалов "Газеты Юга" допускается исключительно с разрешения ООО "Газета Юга"
Copyright 2001-2013 © "Газета Юга"
E-mail: red@gazetayuga.ru
www.gazetayuga.ru