Газета Юга
Газета Юга №10(991)
07 марта 2013 г. pdf   www
>>> Рубрики
    Экономика
    Политика
    Общество
    Культура
    Образование
    Право
    Происшествия
    Спорт
    Разное


>>> Поиск по сайту


>>> Новости сайта
Подписаться Отказаться

Экономика
Три миллиарда в помощь алкогольной отрасли

     Парламент Кабардино-Балкарии принял закон «О некоторых мерах по увеличению доходов республиканского бюджета от производства подакцизной продукции». Документ направлен для подписания главе КБР.
     Изначально законопроект назывался «О мерах государственной поддержки организаций, выпускающих алкогольную продукцию» («Газета Юга» №2), но в ходе процедуры второго чтения решено было изменить его название, несколько завуалировав, что речь идет о субсидиях алкоголепроизводящим предприятиям.
     В соответствии с законом получатели субсидий должны быть зарегистрированы в КБР и состоять в республике на налоговом учете, иметь лицензию, численность работников не менее 200 человек и заключить трехстороннее соглашение с правительством республики и налоговыми органами «О разглашении объемов производства продукции». При соблюдении этих условий в зависимости от объемов реализованной продукции субсидии могут составить от 50% до 70% (у производителей вин) и 50–90% (у водочников) объемов акцизов. Таким образом, по замыслу авторов законопроекта, сумма акцизов составит 5,9 млрд, производителям в виде субсидии выплатят 3 млрд, а бюджет республики пополнится 2,9 млрд рублей. Обращается внимание, что в 2012, когда этот закон не действовал, объем акцизов составлял 2 млрд 22 млн рублей, а поступило в бюджет только около 1 млрд. Время действия закона – с 1 января 2013 по 1 января 2016.
     Управление Минюста РФ по КБР было против принятия закона, считая, что он выходит за пределы полномочий республики, установленных федеральным законодательством. Прокуратура Кабардино-Балкарии поддержала эту точку зрения.
     Пятистраничное экспертное заключение управления Минюста РФ по КБР отмечало, что производство и оборот алкогольной и спиртосодержащей продукции в РФ подлежат «особому правовому регулированию». Законодательство РФ в этой сфере дает субъектам федерации определенные полномочия, но к ним «не отнесено оказание финансовой помощи в виде субвенций производителям алкогольной продукции для развития производства»: «Таким образом, правовые отношения, регулируемые рассматриваемым законопроектом, не отнесены федеральным законодательством к предметам ведения субъектов РФ».
     Комитет парламента по бюджету, налогам и финансам не согласился с доводами Минюста и отклонил поправку. Депутаты поддержали своих коллег из комитета.


Общество
Воскресили церковь

     2 марта епископ Пятигорский и Черкесский Феофилакт освятил новый православный храм в селении Новоивановском. Он воздвигнут на месте, где стояла построенная в 1888 деревянная церковь, которую молодые селяне-богоборцы подожгли в 1929.
     Директор лицея №7 Елена Хиврич рассказала, что верующие сельчане тогда собрали все, что осталось от сгоревшей практически дотла церквушки, и похоронили на сельском кладбище. На погосте до сих пор сохранился холмик – «могилка церкви».
     Новый храм строили вскладчину – деньги собирали местные жители, предприниматели из района и даже школьники, организовавшие благотворительные концерты.
     Феофилакт отслужил в храме праздничную службу. «Будем просить Господа, чтобы он вошел в храм и сделал его своим домом! И помолимся за себя, вспоминая своих предков, которые здесь когда-то уже строили храм. Он сгорел, но остались корни!» – заметил он в проповеди.
     Епископ с горечью констатировал, что православные уезжают с Кавказа: «Но кто в этом виноват? На Кавказе надо жить большими семьями, рожать и воспитывать детей – чем больше, тем лучше. Никто не будет создавать условия для маленькой семьи, которая сама не может ни посеять, ни вспахать, ни собрать урожай. И незачем потом говорить: нас вытесняют с Кавказа!»
     После окончания службы Феофилакт вручил награды Русской православной церкви тем, кто активно участвовал в строительстве храма. Орден Даниила Московского 2-й степени получил председатель СХПК «Ленинцы» Владимир Бердюжа, архиерейские грамоты, подписанные Патриархом Московским и Всея Руси Кириллом, – лучшие строители.
Иван Козлов


Грузинские встречи в черкесском контексте

     Два дня провел в Тбилиси по приглашению Черкесского культурного центра председатель общественного движения «Хасэ» Ибрагим Яганов:
     «Зал центра не вместил всех желающих во время презентации книги доктора исторических наук Нугзара Антелава «Черкесская культура». Она еще не издана и была представлена в электронном варианте. Ее намечено перевести на английский, русский и турецкий языки.
     В центре отмечали 90-летие черкесского писателя Михаила Лохвицкого. Мы побывали на его могиле, познакомились с его дочерью Анютой Михайловной и зятем. Они очень тепло вспоминали Кабардино-Балкарию, где были в 1989 на премьере спектакля по его повести «Громовой гул». Рассказывали, как гостили у Германа Паштова, который подарил им несколько своих работ. Теперь они хранятся у них в доме. Анюта Михайловна сказала, что отец умер в радости: его переполняли чувства от посещения Нальчика, где его так замечательно встретили».
     Ибрагим Яганов познакомился с Этери Астемировой, отец которой – выходец из
     с. Верхний Акбаш Терского района (прежнее название – Астемирово). Волею судьбы и из-за политических реалий
     30-х годов он оказался в Абхазии, где и родились Этери и ее старший брат Эльдар, который в конце 80-х годов возвратился в Кабардино-Балкарию. Этери Астемирова была депутатом Верховного совета Абхазии. В 1992, когда Верховный совет разделился на две половины, оказалась в грузинской его части. После войны перебралась в Тбилиси, где и живет последние 20 лет: «Она говорила, что помнит о Кабардино-Балкарии и хочет сюда приехать».
Артур Мусов


Культура
«У нас очень сильные художницы»

     Председатель Союза художников КБР Геннадий Темирканов оформляет в Фонде культуры ежегодную выставку, приуроченную к 8 марта:
     – Конечно, беру эти заботы на себя. Чего не сделаешь ради женщин! Конечно, было бы замечательно, если бы в штате был свой оформитель, если бы у каждой художницы была своя мастерская, у союза – свой выставочный зал… Конечно, существует профессиональное оборудование для выставочных залов. Но у нас пока ни один зал в республике таким не обладает. Поэтому, кстати, и не представлены женщины-прикладники, ювелиры – нет витрин, охраны…
     То, что экспоненты увидят, будет для них сюрпризом. Надеюсь, приятным. Все оформляем абсолютно беспристрастно, следуя только законам гармонии, учитывая световые и экспозиционные пятна. Главные критерии выставки – новизна, свежесть. И чтобы работа была именно творческого плана. Каждая художница сама знает, что у нее лучшее на сегодняшний момент. И мы даем возможность женщинам самим делать выбор.
     Кстати, на выставке представлены не только члены Союза художников. Есть авторы, которые планируют вступить в Союз. Есть те, кто всю свою жизнь очень трепетно относился к искусству, но не относился к Союзу.
     – Вы можете различить работу художника и художницы?
     – Разница есть. Есть женщины, работающие по-мужски, есть мужчины, работающие по-женски. Иногда гламурность, мягкость присутствуют в работах мужчин, а у женщин – жесткость, напористость. Но республика еще не сильно впитала в себя феминизм, поэтому и наши художницы имеют более чистое название «женщина», нежели в других регионах. Это отражается и в работах. Но это мое субъективное мнение.
     В Союзе достаточно большое количество женщин. Но главное все-таки – качество. У нас очень сильные художницы.
Алена Мякинина


Право
Против Леры Алхасовой возбуждено уголовное дело

     Первым отделом по расследованию особо важных дел следственного управления СКР по КБР возбуждено уголовное дело в отношении жительницы Нальчика, которой вменяется совершение мошенничества в крупном и особо крупном размере.
     С октября 2010 по декабрь 2011 она «похитила часть денежных средств», полученных десятью чернобыльцами по решению Нальчикского городского суда в счет возмещения морального вреда. Общая сумма полученных подозреваемой средств составляет 6 млн 750 тыс. рублей.
     В СУ СКР не называют имя подозреваемой, но речь идет о бывшей сотруднице минтрудсоцразвития Лере Алхасовой («Газета Юга» №5, 2012; №3, 5, 7).
     28 февраля несколько составов судов Верховного суда КБР, рассмотрев жалобы казначейства, отменили вынесенные ранее решения о выплате компенсаций 65 ликвидаторам. «Теперь подавляющее большинство из 400 принятых решений отменено, и у наших коллег арестовывают жилье, автомобили, земельные участки. Виноваты в конце концов оказались мы. Но если бы суды изначально сказали нам, что это незаконно, ничего бы не было», – заявил «Газете Юга» председатель нальчикской организации чернобыльцев Алик Хадзугов.
Олег Гусейнов


«Женился два года назад»

     28 февраля на процессе по делу о событиях 13 октября 2005 защита начала представление доказательств по факту нападения на полк патрульно-постовой службы. Показания дал Каншоуби Бориев – единственный обвиняемый по этому эпизоду, оставшийся в зале суда (Эдуард Миронов был удален до последнего слова («Газета Юга» №9), а Валерий Болов скончался в больнице от цирроза печени 16 февраля 2008 («Газета Юга» №8, 2008)).
     Бориев рассказал, что 12 октября 2005 к нему на работу (он был кузнецом в институте горного и предгорного садоводства, занимался ремонтом сельхозмашин) приехал Чеченов Мурат (по паспорту Станислав, убит 13 октября), и они отправились на
     ул. Северную, где жил Анзор Чочев (по версии следствия, руководитель группы, атаковавшей полк ППС). Последний сказал Бориеву, что нужна его помощь, а затем уточнил: «Дело опасное, может быть стрельба». Детали он обещал разъяснить утром 13-го.
     Бориев ночевал у Чеченова в Вольном Ауле, а в 6 утра за ними заехал Эдуард Миронов. Они направились на Северную, забрали по пути Джамбулата Шидакова (убит 13 октября). На футбольном поле, кроме них и Чочева, собрались Азамат и Джамбулат Набитовы, Анзор Керешев (убиты 13 октября), Анзор Браев (убит 13 ноября 2005 в ходе спецоперации в Вольном Ауле), Валерий Болов, Залим Техажев (находится в международном розыске). Чочев сказал: «Сегодня будем атаковать полк ППС, его необходимо блокировать». Он на листе бумаги набросал схему полка и рассказал о плане нападения, согласно которому часть из них должна была атаковать со стороны КПП, а остальные – от ПМК-5.
     Затем Чочев повел Бориева и Керешева к подвалу своего дома и достал оттуда гранатометы РПГ-7 с 5 снарядами и «Муха», карабин СКС и самодельный гранатомет. Чочев передал РПГ-7 Бориеву, сказав, что, кроме него, никто с ним не справится. Затем он ушел, а они ждали в подвале. Через некоторое время прямо к входу в подвал подъехала «Газель» (ее наняли на конечной остановке на Северной, сказав, что едут на пикник). Бориев и Керешев сели в салон, где находились все вышеупомянутые. Недалеко от главного входа в полк вышли Чочев, Миронов и Керешев, остальные – у въезда в РМК-5. Бориев вышел из «Газели» последним. Когда он подошел к сварочному цеху, на крыше уже находились братья Набитовы. Он передал им гранатомет и заряды и забрался сам. Бориев рассказал, что он произвел из гранатомета пять выстрелов: один по стоянке, где находились легковые автомашины, четыре – по главному зданию полка. Он подчеркнул, что в это время велась интенсивная стрельба со стороны полка, поэтому прицельно стрелять ему было невозможно. Подсудимый также отметил, что в машинах на стоянке никого не было. Когда у нападавших закончились боеприпасы, они отошли, на захваченной грузовой «Газели» вшестером подъехали к магазину «Продукты» на Северной. Чочев пытался с кем-то связаться, Бориев осматривал по просьбе Чочева пулемет, который заклинило. После этого они перебрались через р. Шалушка и направились на «Газели» в сторону Чегема. На подходе к городу их стали обстреливать, они выбрались из машины у новых кварталов, а затем, увидев два вертолета, вошли в кукурузное поле. В ходе боестолкновения пять нападавших были убиты. Бориев укрылся в оросительной канаве и остался жив. Примерно через два часа после боя поле прочесали солдаты внутренних войск. Они не обнаружили Бориева. Когда стемнело, он выбрался из кукурузы, прошел пешком на окраину Нальчика и где-то между селами Кенже и Шалушка спрятал автомат Калашникова, который после отъезда от полка ППС дал ему Чочев (в ходе следствия он добровольно выдал оружие).
     Бориева первоначально задержали через день после событий в Нальчике: «Это была акция – по всему городу собирали тех, кто был мусульманином». Примерно через двое суток его отпустили: никаких данных о его участии в правоохранительных органах не было. 13 ноября 2005 в ходе спецоперации на ул. Фестивальной в Нальчике был убит Азамат Браев, а Эдуард Миронов сдался. На следующий день в
     с. Кенделен по месту регистрации силовики задержали Каншоуби Бориева. Он рассказал в ходе следствия обо всех обстоятельствах происшедшего. Его показания в суде и на следствии были идентичны, государственным обвинителям не пришлось оглашать протоколы его допросов на предварительном следствии.
     Подсудимый рассказал, что «пытки были с утра до вечера»: «Я к этому нормально относился – я сидел, для меня это не было секретом (Бориев был судим несколько раз – побои, телесные повреждения, оружие, наркотики; сроки наказания были небольшие, к 2005 все судимости были погашены). Но те, кто не сидел, ужаснулись. Били просто так. Меня не за что было бить: к этому времени следствию все было известно. Поэтому конвой из разных регионов России бил просто так. Была у них такая ненависть. Говорили: «Мы вам 44-й год устроим, у нас в России вагонов на всех хватит». Оскорбляли религиозные и национальные чувства. Я видел, как били почти всех. Кудаев не мог идти – ноги. Нам не разрешали его нести, он полз от машины до кабинета. Мне сломали ребра, почки отбили, со слухом проблемы. Я обращался в 2007 в прокуратуру ЮФО, но… После этого я перестал жаловаться».
     Отвечая на вопросы участников процесса, Бориев рассказал: 13 октября приехал на ул. Северную только потому, что его попросил об этом Анзор Чочев. Они 6 месяцев воевали в Абхазии, Чочев не раз спасал ему жизнь (в Абхазию Бориев уехал, оставив в/ч во Владикавказе, где проходил службу, позже его судили за это): «Я в любом случае помог бы ему и пошел туда только из-за него, я не смог бы отказать».
     «Какие-то другие мотивы, кроме просьбы Чочева, у вас были?» – спросил один из судей. «Нет, – ответил подсудимый. – Я видел этих молодых ребят необстрелянных, видел всю бесперспективность этого: 10 человек на полк, территория которого 2 га. Но я не мог их оставить. Мне моя совесть не позволила».
     «Но вы осознавали, что вооружены и вам придется убивать людей?» – спросили государственные обвинители. «Я сделал все, чтобы этого не произошло», – ответил подсудимый (согласно выводам следствия, трое погибших сотрудников были убиты у главного входа на территорию полка).
     – Вы вину в чем признаете?
     – Не знаю. Мне трудно сказать. Суд решит. А я…
     Подсудимый рассказал, что жил в Кенделене у «бывшей жены».
     – А сейчас вы женаты?
     – Да, женился два года назад.
     4 марта защита начала представление доказательств по факту нападения на пост ДПС «Хасанья». Показания дал подсудимый Расул Хуламханов.
     Он рассказал, что 13 октября 2005 утром, как обычно, был в мечети в Хасанье. Односельчанин Зейтун Султанов (убит в ходе спецоперации после событий
     13 октября) попросил его отвезти за село братьев Кучменовых – Артура (он на скамье подсудимых) и Шамиля (амнистирован в октябре 2006). Там в лесу находились Валерий Этезов, Ахмадья Малкаров (оба убиты в ходе спецоперации после 13 октября), Зубеир Созаев, Азамат и Алим Ахкубековы (они на скамье подсудимых), позже подъехал Султанов. Там же, по словам подсудимого, находились «предметы, похожие на оружие»: «Но я не могу утверждать, что это оружие». Примерно через час-полтора они «по просьбе Султанова» спустились ближе к заброшенной ферме, еще через час туда подъехал Рустам Мамеев (убит после 13 октября), с ним был «человек в маске». С этого места ушел домой Шамиль Кучменов. Несколько человек, не сказав, куда и зачем, уехали на машине: «Мы остались там – Созаев, Ахкубековы, Малкаров, я и человек в маске. Мы ждали час-полтора, после этого вернулись те, кто уезжал. Кто-то спросил, и они сказали, что напали на пост ДПС «Хасанья». Этезов был ранен в руку – кажется, левую. Султанов предложил и нам, кто оставался, напасть на пост. Мы отказались. Первым сказал «нет» Азамат Ахкубеков, мы это тоже поддержали. Султанов понял, что мы не пойдем, позвонил Зейтуну Гаеву, чтоб он приехал забрал. Мы пошли пешком, Гаев проехал мимо, а на обратном пути подвез нас».
     23 октября 2005 около 7–7.30 Хуламханова забрали из дому несколько сотрудников. По словам подсудимого, он рассказал «все, как было», но это их не устроило. Его били и требовали сказать, что человеком в маске был Расул Ногеров (он на скамье подсудимых), а главным в группе являлся Расул Кудаев: «Султанов их почему-то не устраивал».
     Отвечая на вопросы защиты, Хуламханов подчеркнул, что в тот день не видел ни Ногерова, ни Кудаева. Он также отметил, что остававшиеся в лесу при желании могли без проблем незаметно подобраться к посту ДПС по пойме реки и лесному массиву, так как хорошо знали эти места, но у них не было желания нападать на сотрудников. По словам подсудимого, они в этот день собирались на работу, а когда их позвал Султанов, позвонили и предупредили, что задержатся.
     В ходе следствия судебные медики выявили у Хуламханова на разных частях тела ссадины, синяки и кровоподтеки. Подсудимый обратил внимание, что до сих пор так и не установлено, кто его задерживал, доставлял в МВД, затем в СИЗО и кем ему причинены телесные повреждения.
     Он отказался отвечать на вопросы суда и государственных обвинителей.
     5 марта в связи с отказом Хуламханова отвечать на вопросы обвинителей последние ходатайствовали об оглашении его показаний на предварительном следствии.
     Основные противоречия в показаниях в суде и на следствии касались Расула Ногерова и Расула Кудаева: в протоколе допросов Хуламханова в 2005–2006 говорилось, что первый был в лесу 13 октября, а второй командовал группой.
     Хуламханов назвал оперативника УБОП Г., который сказал ему: или назовешь их, или потеряешь здоровье. «Г. говорил, что человек в маске – это Ногеров. Оперативники были неравнодушны к Кудаеву – возможно, из-за Афганистана. Они утверждали: раз Руслан Одижев (другой узник Гуантанамо – возглавлял, по версии следствия, группу, атаковавшую ОМОН, убит в ходе спецоперации после 13 октября) участвовал, то и он тоже».
     В ходе очной ставки между Ногеровым и Хуламхановым в декабре 2005 Хуламханов сначала утверждал, что Ногеров находился в лесу 13 октября. Тут же, отвечая на вопрос адвоката Алима Биттирова, говорил: меня били и заставляли так сказать, Ногерова там не было. Однако, когда ему начинают задавать вопросы, он снова возвращается на прежнюю позицию.
     «Я тогда впервые попытался сказать правду о Ногерове и об избиениях, – сказал в суде Хуламханов. – Но по поведению следователя понял, что правду говорить рано».
     Адвокат Алим Биттиров обратил внимание суда: в одном протоколе допроса Хуламханов говорит, что Ногеров был вооружен автоматом, в другом – карабином СКС, в третьем – вообще ничего не имел.
     В ходе одного из допросов Хуламханов подробно описывает внешность и одежду всех, кто находился утром 13 октября в лесу за Хасаньей. В этом перечне ничего не говорится о Кудаеве и Ногерове. «Я в тот день их не видел, поэтому не мог описать», – заявил подсудимый.
     Хуламханов согласился отвечать на вопросы суда. Галина Гориславская пыталась выяснить, для чего они собирались в то утро в лесу, почему с 7.30 до 17.00 не могли уйти оттуда.
     «Цель сбора, я думал, узнаю на месте, – пояснил подсуди-мый. – Увидев оружие, я понимал: это серьезно, но не думал, что так закончится. Понял все, только когда вернулись те, кто нападал на пост ДПС. Если бы я с утра знал об этом, то не пошел бы туда. Ко мне угроз не было. Но если бы я ушел оттуда, не знаю, какие могли быть последствия. У меня не было никаких мотивов. А если бы и были, я бы не участвовал в нападении».
Олег Гусейнов


Происшествия
Убит младенец

     В Прохладненском межрайонном следственном отделе СКР по КБР расследуется уголовное дело по факту убийства младенца. Информация об этом была обнародована только месяц спустя.
     Как рассказали «Газете Юга» в МРСО, 27 января в палисаднике у пятиэтажки на ул. Красноармейской в Прохладном местные жители обнаружили поврежденное собаками тело новорожденного. Злоумышленники бросили младенца в мусорный бак, положив его в пакет, но собаки утащили его с помойки.
     Экспертиза показала, что малыш родился живым, а причиной смерти стало переохлаждение.
     
     В МРСО просят всех, кому известно что-либо о происшедшем, звонить по телефону в Прохладном 8 (86631) 4-22-48 или 02.
Артур Мусов




Перепечатка материалов "Газеты Юга" допускается исключительно с разрешения ООО "Газета Юга"
Copyright 2001-2013 © "Газета Юга"
E-mail: red@gazetayuga.ru
www.gazetayuga.ru